?

Log in

No account? Create an account
30DayPhoto white

30_day_photo


30 Дней Фотоприключений

Здесь мы учимся, придумываем, фотографируем


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Цитата дня | В. Левашов "Лекции по истории фотографии"
ironrations пишет в 30_day_photo
Лекции Владимира Левашова являются кратким изложением истории мировой фотографии от изобретения разных способов получения изображения (Ньепсом, Даггером, Тальботтом) до условной "смерти фотографии" к началу 1980-х годов. Автор, впрочем, считает, что фотография не умерла, а переродилось в наше время в новом качестве, стала частью современного искусства. А оценить её перспективы в настоящее время мы пока не в состоянии. Остается наблюдать, изучать, анализировать и участвовать в процессе. Книга небольшая, но познакомит вас с наиболее важными фотографами прошлого.

Ознакомительный фрагмент книги В. Левашова "Лекции по истории фотографии" можно скачать бесплатно. Далее цитаты из книги.




[о русском изобретателе А. Ф. Грекове]

А одним из первых активно практикующих отечественных дагеротипистов становится Алексей Федорович Греков (1799–1851), представляющий тип сумбурного русского гения-изобретателя. Получив военное образование, в 1824-м он выходит в отставку и служит сначала землемером в Костромской губернии, а затем полиграфистом, участвуя в оборудовании местной типографии. В 1832-м Греков патентует способ плоской печати с медных и жестяных пластин, а двумя годами позже переезжает в Москву, где становится помощником издателя газеты «Московские ведомости», параллельно занимаясь гальваникой.

В 1839-м он с той же страстью отдается дагеротипии, посвящая ей все свое свободное время, и делает здесь ряд изобретений; в частности, находит способ при помощи гальваники наносить на изображение золотой слой, укрепляющий изображение. Кроме того, Греков удешевляет производство дагеротипов, переводя их с серебряных пластин на медные и латунные, покрытые слоем серебра. Ускорив процесс изготовления изображений, он получает до пятидесяти снимков за день.

Греков создает фотографическую камеру собственной конструкции и даже налаживает ее ограниченный выпуск, добившись определенной популярности этой камеры на российском рынке. Известный фотограф того времени Левицкий Сергей Львович пишет о ней: «Первые в России дагеротипные аппараты явились в продаже у некоего Г. Вокерга: это были большие деревянные вычерненные ящики, из которых один с вставленным простым зажигательным стеклом служил камерью, другой для йодирования, третий – для ртутных паров, все было сколочено кое-как и, разумеется, от такого аппарата нельзя было ни ожидать, ни требовать хороших результатов, несмотря на прилагающуюся на клочке газетной бумаги безграмотную инструкцию. Цена его была 25 рублей ассигнациями. Оказалось, что Г. Вокерг был чистокровный русский, и именно, москвич, перевернувший свою фамилию Греков в Вокерг, чтобы более привлечь покупателей получившимся таким образом иностранным именем»...

В 1840–1843 годах вместе со своим компаньоном Ф. Шмидтом Греков открывает в Москве несколько дагеротипных портретных ателье («х у д о ж е с т в е н н ы х к а б и н е т о в»). Редактор «Московских ведомостей», посетивший такой художественный кабинет, пишет: «Мы видели новое доказательство русского ума в лаборатории А. Г…ва при новых опытах над магическим дагеротипом, что делается по способу изобретателя в 1/2 часа и более, наш соотечественник то же самое производит в 4 или 5 минут, и по прошествии минут двадцати мы увидели на дощечке снятые перед нашими глазами церкви, дома и множество других предметов с наималейшими подробностями… Нельзя без восхищения видеть этого изумительного, непостижимого действия светом!»

Кроме дагеротипии, Греков занимается еще и калотипией, а также воспроизведением дагеротипа на бумаге, что дает ему возможность впервые применить последний в полиграфии, – о чем в ноябре 1840 года на заседании Парижской Академии наук даже рассказал Араго. Однако вся эта кипучая деятельность Грекова прибыли ему не приносит. Более того, в какой-то момент администрация типографии «Московских ведомостей» за использование ее материалов, полиграфические работы, публикацию объявлений и прочее выставляет Грекову счет, суммой превышающий его трехлетнее жалование: этот долг он не сможет погасить до конца жизни. Изобретатель увольняется, уезжает в Санкт-Петербург, устраивается на службу в должности начальника типографии губернского правления, но через два года увольняется и оттуда. Вернувшись снова в Москву и испытывая материальные затруднения, берется за изготовление фальшивых денег, за что попадает в тюрьму, где и умирает…

[в книге большой блок о документальной и постановочной фотографии, но для понимания современной фотографии важным является появление авторской фотографии в 1950-х годах]

С окончанием Второй мировой войны в мировой фотографии обнаруживается совершенно новая ситуация… Пресс-документалистика устаревает… не только информационно, но и морально, поскольку базируется на тех «общечеловеческих ценностях», на том типе оптимистического гуманизма и социального реформаторства, рамки которого слишком узки для реального плюрализма индивидуальных картин мира. Альтернативой такой фотографии «социальной ответственности» может стать лишь фотография «авторской безответственности» – документальная по материалу и индивидуалистически-художественная по типу его интерпретации…

Таким образом, документальная по происхождению авторская фотография (в отличие от гуманистического фотожурнализма старой формации) с середины 1950-х все более определяет сердцевинный образ времени. Ее персонализм не означает формального субъективизма, тенденции к абстрагированности, самодостаточности изображения. Этот персонализм относится к тематике выбора (большинство фотографов продолжают работать на существующие пресс-издания, делая авторскую фотографию автономным занятием, пригодным для обнародования за пределами массовой прессы – на выставках и в книгах) и разнообразию манер съемки. Что же касается материала, который исследуют эти авторы, то он не просто остается документальным, но делается гораздо более широким по охвату, с одной стороны, и гораздо менее подверженным влиянию общественных стереотипов, с другой. До такой степени, что откровенностью демонстрации ранее табуированных зон внимания новая фотографическая продукция постоянно шокирует массовую публику, все более совпадая в этом с современным искусством…

["смерть фотографии"]

Со второй половины 1970-х в фотографии быстро накапливаются симптомы тех глубоких изменений, которые сформируют основные линии эволюции медиума в последний по времени период его существования. Часто эта трансформация интерпретируется как «смерть фотографии». И в самом деле, перемены столь радикальны, что порождаемые ими эффекты можно счесть гибельными для медиума, как, впрочем, и наоборот – вводящими его в возраст зрелости, наступающий вслед за более чем вековой историей формирования. Прежде всего свидетельство «смерти фотографии» видят во внедрении новой цифровой технологии…

… фотографическое изображение, как уже говорилось, перестает быть физическим субстратом визуальной правды. Той самой «правды», в которую верили с момента рождения фотографии и которая на протяжении всего времени существования медиума в идеологическом обществе XX столетия пребывала нерушимой мифологемой документальной фотографии…

[к 1980-м годам]

Наконец, и сама фотографическая практика… приводит медиум – даже и в социально-экономическом смысле (через параллельные процессы утери фотографией ее информационной значимости и усиливающейся институализации) – в пространство искусства, связывая ее уже не с «правдой», а с воображением, частным взглядом и культурной манипуляцией. Больше того, фотография кажется одной из форм замещения физической реальности искусственной, симулятивной. Она становится верным орудием художественной стратегии постмодернизма и сопутствующей ему критики модернистского эстетического опыта.

Ссылки
Ознакомительный фрагмент книги В. Левашова "Лекции по истории фотографии"





"30 Day Photo" в соцсетях Facebook | ВКонтакте | Группа Facebook | Instagram | 500px | Виртуальные выставки | Pinterest | Twitter | Telegram.me


  • 1
Надо почитать. А то по нескольким фразам трудно понять, почему все таки " смерть фотографии" , уж если смерть, то смерть мифа об обязательной документальности фотографии.

Автор говорит о перерождении скорее, чем о смерти. Интересно, я не до конца ещё дочитала


  • 1